Куайл сел.

— Я не совсем уверен... — напряженно произнес он. — Дело в том, что это стоит уйму денег, а в действительности я, похоже, ничего не получаю.

— У вас будут ощутимые доказательства, — живо возразил Макклейн. — Все, что потребуется. Вот, позвольте показать. — Он выдвинул ящик и достал толстую папку. — Корешок билета. — Из папки появился квадратик прокомпостированного картона. — Далее, открытки. — Он извлек четыре цветные стереооткрытки и разложил их перед Куайлом. — Пленка. Снимки марсианских достопримечательностей, которые вы делали взятой напрокат камерой. Имена встреченных там людей. Плюс на две сотни сувениров; вам их пришлют с Марса в следующем месяце. Ну и паспорт, почтовая квитанция... Не беспокойтесь, вы будете уверены, что побывали там. Вы не запомните меня, не запомните свой визит. Но мы гарантируем, что для вас это будет самое настоящее путешествие. Вы будете помнить все, вплоть до мельчайших подробностей. Посудите сами: вы не секретный агент Интерплана, а иначе на Марс не попасть. Лишь с нашей помощью можно осуществить свою заветную мечту. И учтите: когда бы вы ни усомнились в достоверности воспоминаний, можете сполна получить свои деньги назад.

— Неужели наложенная память столь прочна? — спросил Куайл.

— Лучше настоящей, сэр, — заверил Макклейн. — Мы обеспечиваем такие устойчивые воспоминания, что не потускнеет ни одна деталь.

— Я согласен, — решил Куайл и потянулся за бумажником.

— Вот и прекрасно! — Макклейн взял деньги и нажал кнопку на селекторе. — Что ж, мистер Куайл, — торжественно проговорил он, когда в открывшуюся дверь вошли двое коренастых мужчин, — желаю счастливого пути!

От волнения у Куайла пересохло во рту. На нетвердых ногах он вышел вслед за двумя техниками из кабинета. Им вдруг овладело предчувствие чего-то недоброго...

Селектор на столе Макклейна загудел, и раздался спокойный мужской голос.